Моя золотая клетка. Часть 27

моя золотая клетка. часть 27

В начало

Следующая дверь справа вела в столовую. Напротив нее была еще одна гостиная.

— Мы называем ее малая гостиная, и почти не пользуемся ей, — Эмметт приоткрыл дверь, и я заглянула внутрь.

Комната была уютной, выдержанной в спокойных коричнево-зеленых тонах. Деревянные резные панели вместо обоев, диван, пара кресел и столик в центре. Из стены темной дырой зиял камин.

малая гостиная

Мы вернулись в коридор. От обилия комнат у меня начинала кружиться голова. Я повернулась в дальний конец коридора и кивнула на оставшиеся несколько дверей.

— А что там?

— Там две небольшие комнаты, вроде этой. Мы ими не пользуемся, поэтому они закрыты. А средняя дверь ведет в подвал. Хочешь, спустимся?

— Нет, — я поежилась.

— И правильно. Там сыро и страшно. В детстве меня запирали в нем несколько раз за непослушание. И, кстати, там водятся крысы.

— Пожалуйста, хватит, — я опасливо покосилась на дверь.

Эмметт засмеялся.

— Ладно, идем на второй этаж.

Поднявшись по лестнице, мы вышли в коридор. Слева находилась моя спальня, следом за ней комната отдыха, в которой Марцелл выдал мне лекарство.

Эмметт шагнул к двери напротив моей спальни.

— Здесь комната, где мы иногда проводим свой досуг.

Я зашла. Помещение было светлым и небольшим. Здесь тоже стояли книжные полки, но не в таком количестве, как в библиотеке. В центре комнаты располагался рояль.

комната досуга

— Кто-то из вас умеет на нем играть? – поинтересовалась я.

— Матушка, — Эмметт чуть нахмурился, — но теперь ты уже этого не услышишь.

Я снова окинула взглядом рояль. Удивительно было представить эту женщину сидящей и перебирающей клавиши этого инструмента.

— А что с ней случилось? – осторожно спросила я, — почему она не говорит? И почти не ходит?

Эмметт уставился на меня с искренним недоумением. Он молчал так долго, что я начала думать, что сказала какую-то глупость.

— У нее деменция. Слышала о таком заболевании?

— Нет, — растерянно сказала я.

— Старческое слабоумие. Развивается постепенно. Она не сразу стала такой. Думаю, у нее уже тяжелая степень, — Эмметт грустно посмотрел на рояль, — она почти не узнает никого из нас, и мало что понимает. У нее еще было сопутствующее психическое расстройство. Думаю, в этом отчасти стал виноват наш отец. Видишь ли, он… был своеобразным человеком. Он был настоящим Отелло, всячески изводил ее ревностью. Совсем помешался, подозревая ее в изменах, — Эмметт перевел взгляд на меня. Его ледяные глаза оставались совершенно спокойными, пока он говорил, — Но себя он изводил сильнее, чем ее. Он умер от инфаркта. Десять лет назад. У матушки тогда уже было плохо с головой. Она была агрессивна временами. И дальше становилось только хуже. Пока не получилось то, что ты видишь. Напрасно ты пытаешься что-то изменить, это уже невозможно. Мы много раз пытались ей помочь, пока просто не смирились с ее состоянием.

— Мне не показалось, что она ничего не понимает, — растерянно сказала я, — скорее, напротив. Такое ощущение, что она заложник своего тела и болезни. Но ум ее ясен.

На мгновение губы Эмметта тронула чуть заметная усмешка. Затем лицо его снова стало серьезным.

— Алекса, ты видишь то, что хочешь. Ты даже в себе не можешь разобраться, откуда тебе знать, что творится в голове у другого человека?

Я посмотрела ему в глаза.

В начало

Читайте на Яндекс.Дзен

Метки: , , . Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *